Главная
К. Брюллов. Портрет графа А.А.Перовского (писателя А.Погорельского, не окончен), 1836 г., холст,масло, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
 
А.Погорельский. Черная курица, или Подземные жители
 
Иллюстрации А.Рейпольского к сказке А.Погорельского "Черная курица, или Подземные жители"

Антоний Погорельский (1787-1836)

Жизнь и творчество

Алексей Алексеевич Перовский (псевдоним – Антоний Погорельский) – писатель-романтик, по происхождению внебрачный сын богатого екатерининского вельможи, графа Алексея Кирилловича Разумовского[1] и Марии Михаиловны Соболевской (впоследствии по мужу – Денисьевой). Основательное и разностороннее образование, полученное Погорельским в доме отца, было завершено в Московском университете, куда юноша поступил в 1805 г. и закончил его в 1807 г. со степенью доктора философских и словесных наук. К этому времени относится увлечение Погорельского и естественными науками, в частности ботаникой, результатом чего явились три публичные лекции, изданные в 1808 г. отдельной книгой ("Как различать животных от растений", "О цели и пользе Линеевой системы растений" и "О растениях, которые бы полезно было размножать в России"). Лекции эти можно считать своеобразным подступом к серьезным литературным трудам, настолько явственно проступает в них ориентация на повествовательные приемы Н. М. Карамзина, горячим поклонником которого был молодой автор. Во владениях А. К. Разумовского, а после смерти последнего в унаследованном от него имении Погорельцы Черниговской губернии (от названия этого имения образован псевдоним писателя) прошла большая часть жизни А. Погорельского.

Литературные его наклонности проявились уже с детства. В домашнем архиве Н. В. Репнина[2] (по указанию биографа А. Погорельского В. Горденю) хранилась тетрадка с детским сочинением Алексея, поднесенным отцу в день его именин. Но в полной мере талант писателя раскрылся значительно позднее, уже в 20-е годы, по мере его вхождения в круги московских и петербургских литераторов. Знакомство с Н. М. Карамзиным-прозаиком, личное общение с писателем определили направление художественных ориентаций А. Погорельского и характер его литературных общений. На первое место среди них следует поставить дружбу с П. А. Вяземским, начавшуюся в 1807 г. Несколько позднее (видимо, в 1810 г.) Погорельский познакомился и с В. А. Жуковским, сблизившим его с А. И. Тургеневым[3] и А. Ф. Воейковым[4]. Эти новые знакомства, а также свойственная Погорельскому наклонность к шутке и мистификации, казалось бы, обеспечивали ему далеко не последнее место в Арзамасе[5], однако арзамасцем Погорельский не стал, ибо видел главный смысл своей жизни не в литературе, а в активной государственной деятельности на благо отечества. Уже в январе 1808 г. мы находим его в Петербурге, где он в чине коллежского регистратора[6] поступает в 6-й департамент Сената. Прикомандированный к П. А. Обрезкову, он участвует в служебной полугодовой поездке по центральным губерниям России с целью их ревизии, близко наблюдает жизнь отдаленных провинций, знакомится с укладом Казанской и Пермской губерний.

Вернувшись в Москву в 1810 г., Погорельский в течение двух лет служит экзекутором в одном из отделений 6-го департамента и приобщается к московской культурной жизни. Он становится членом ряда научных и литературных обществ ("Общества любителей природы", "Общества истории и древностей российских", "Общества любителей российской словесности"). В чопорную и монотонно протекавшую деятельность последнего из них Погорельский пытается внести некоторое разнообразие, предложив председателю Общества А. А. Прокоповичу-Антонскому для публичных чтений свои шутливые стихи ("Абдул-визирь"). В начале 1812 г. Погорельский – снова в Петербурге в качестве секретаря министра финансов, но пребывает в этой должности недолго. С началом событий Отечественной войны 1812 года он резко меняет свою жизнь. Увлеченный общим патриотическим порывом, юноша, вопреки воле отца, поступает на военную службу: в чине штаб-ротмистра он был зачислен в З-й Украинский казачий полк, в составе которого проделал труднейшую военную кампанию осени 1812 г., принимал участие в партизанских действиях и в главных сражениях 1813 г. (под Лейпцигом и при Кульме). Отличаясь храбростью и горячей патриотической настроенностью, Погорельский прошел типичный для передового русского офицерства боевой путь, освобождал свою родину и Европу от нашествия наполеоновских полчищ, разделял со своими товарищами тяготы воинской службы, сражался с врагами, бедствовал, побеждал.

После взятия Лейпцига он был замечен Н. Г. Репниным (генерал-губернатором королевства Саксонского) и назначен к нему старшим адъютантом. В мае 1814 г. Погорельский был переведен в лейб-гвардии Уланский полк, стоявший в Дрездене. Здесь Погорельский находился около двух лет, в течение которых смог близко познакомиться с творчеством Э. Т. А. Гофмана[7], оказавшего на него очень значительное влияние. Одним из первых в России Погорельский в своих повестях использовал традиции замечательного немецкого романтика.

В 1816 г. Погорельский выходит в отставку и возвращается в Петербург с тем, чтобы продолжить свою гражданскую службу, на этот раз – чиновником особых поручений по департаменту духовных дел иностранных вероисповеданий. Здесь круг литературных знакомств будущего писателя значительно расширяется; он общается с Н. И. Гречем, арзамасцами, а также с А. С. Пушкиным, поселившимся после окончания Лицея в Петербурге. Именно в первые послевоенные годы Погорельский пробует свои силы в поэзии (перевод одной из од Горация был напечатан в журнале Греча "Сын отечества" (1820, Ч. 65.), участвует в литературной полемике, защищая поэму "Руслан и Людмила" от нападок консервативно настроенной критики (в частности, А. Ф. Воейкова). Служба, отнимавшая у Погорельского много сил, позволяла ему все же отлучаться из Петербурга и подолгу жить в Погорельцах, с которыми связана работа писателя над повестью "Лафертовская маковница", явившейся первым в русской литературе опытом фантастического повествования романтического типа. Опубликованная в журнале А. Ф. Воейкова "Новости литературы" в 1825 г., она казалась настолько необычной, что вызвала специальное разъяснение редактора – так называемую "Развязку". в которой было дано рационалистическое объяснение фантастических мотивов и образов повести Погорельского. Ироническую полемику с Воейковым, не принимавшим новаторских черт романтической повести "Лафертовская маковница", Погорельский ввел в свой сборник "Двойник, или Мои вечера в Малороссии" (1828), в который вошла и "Лафертовская маковница": "...кто непременно желает знать развязку моей повести, – писал в "Двойнике" автор, – тот пускай прочитает "Литературные новости" 1825 r. Там найдет он развязку, сочиненную почтенным издателем "Инвалида", которую я для того не пересказал вам, что не хочу присваивать чужого добра". Сразу же после появления в печати "Лафертовской маковницы" с нею познакомился Пушкин, написавший брату из Михайловского 27 марта 1825 г. "Душа моя, что за прелесть бабушкин кот! Я перечел два раза и одним духом всю повесть, теперь только и брежу Три(фоном) Фал(елеичем) Мурлыкиным. Выступаю плавно, зажмуря глаза, повертывая голову и выгибая спину. Погорельский ведь Перовский, не правда ли?"

Так состоялся литературный дебют Перовского (Погорельского), и с этого момента это новое литературное имя получило известность и широкое признание. Еще больший успех выпал на долю "Двойника" Погорельского: о книге сочувственно отозвался "Прусский инвалид" (1828, ч. 83), отметивший, что "не многие повести так занимательны, так остроумны. Не многие рассказаны и связаны с таким искусством". "Северная пчела" писала: "Автор искусно воспользовался разными поверьями, темными слухами и суеверными рассказами о несбыточных происшествиях и передал их нам еще искуснее, умея возбуждать любопытство и поддерживать его до самой развязки" (СПч. 1828. № 38). К 1829 г. относится детская фантастическая повесть "Черная курица" (СПб, 1829), одобрительные отзывы о которой поместили некоторые журналы, например "Московский телеграф" (1829. Ч. XXV. № 2).

Начиная с 1830 г., писатель активно сотрудничает в "Литературной газете", где была опубликована первая часть наиболее значительного, итогового произведения Погорельского – романа "Монастырка", который затем был издан в двух частях в Петербурге и вызвал оживленную полемику в журналах. "Сей роман, – отмечалось в "Русском инвалиде", – есть необыкновенное, приятное явление в нашей словесности. Он богат занимательными происшествиями и ярко обрисованными характерами, а потому жив и любопытен" (1830, Не 17). Рецензент "Московского телеграфа" увидел в "Монастырке" лишь "приятное описание семейных картин", "рассказ доброго приятеля о добрых людях, которым встречались иногда неприятности" (1830. Ч. XXXII. № 5). "Настоящим и первым у нас романом нравов" названа была "Монастырка" в "Литературной газете", активно поддержавшей Погорельского (1830).

С 1826 г. Погорельский снова и подолгу живет в Петербурге, занимая ряд видных должностей и состоя в Комиссии по устройству учебных заведений. Летние месяцы он по-прежнему проводит в Погорельцах. Весной 1827 г. писатель отправляется в заграничную поездку, которая продолжалась около года. Служебная деятельность Погорельского, протекавшая весьма успешно, в условиях все нараставшей общественной реакции не приносила удовлетворения и завершилась отставкой в 1830 г. Последние годы своей жизни писатель проводит в Погорельцах, наезжая, однако, и в Москву. Все свое время он посвящает литературному труду, а также воспитанию своего племянника (сына родной сестры писателя, графини А. А. Толстой), будущего известного поэта, прозаика и драматурга А. К. Толстого.

Незадолго до смерти Погорельского в его московской квартире побывал Пушкин, с живостью описавший в письме к жене эту встречу: "Был я у Перовского, который показывал мне недоконченные картины Брюлова[8]. Брюлов, бывший у него в плену, от него убежал и с ним поссорился. Перовский мне показывал Взятие Рима Гензериком (которое стоит Последн(его) дня Помп(еи)), приговаривая: "заметь как прекрасно подлец этот нарисовал этого всадника, мошенник такой" (Пушкин. Т. XVI. С. 115). В юмористической сценке, нарисованной Пушкиным, тонко подмечен юмор Погорельского, которым окрашены многие его произведения. Самобытность его писательской манеры была по достоинству оценена писателями пушкинского круга, способствовавшими успеху его произведений у современников.

21 июля 1836 г. в Варшаве, по дороге в Ниццу, куда он направлялся для лечения туберкулеза, Погорельский скончался.

 
1. Граф Алексей Кириллович Разумовский (1748–1822) – русский государственный деятель из рода Разумовских: действительный камергер, тайный советник, сенатор, министр народного просвещения. Строитель подмосковной усадьбы Горенки и дворца на Яузе. Родоначальник дворян Перовских: отец Антония Погорельского, дед А. К. Толстого, прадед Софьи Перовской. (вернуться)

2. Князь Николай Васильевич Репни́н (1734–1801) – крупный дипломат екатерининской эпохи, генерал-фельдмаршал (1796). В качестве посла в Речи Посполитой (1764–1768) внёс весомый вклад в разложение польско-литовской государственности. Последний из Репниных, владелец усадьбы Воронцово. С 1802 года князь Николай Волконский (внук по матери фельдмаршала князя Н. В. Репнина) был женат на графине Варваре Алексеевне Разумовской (1778–1864), наследнице крупных имений Разумовских. (вернуться)

3. Тургенев Александр Иванович (1784–1845) – общественный деятель, археограф и литератор, брат декабриста Н.И.Тургенева, друг В.А.Жуковского, П.Я.Чаадаева, А.С.Пушкина. (вернуться)

4. Александр Фёдорович Вое́йков (1778[1779]–1839) – русский поэт, переводчик, литературный критик, издатель, журналист. Член Российской академии (1819).
Учился в Московском университетском благородном пансионе (1791–1795), где сблизился с В. А. Жуковским и А. И. Тургеневым. В 1814 году женился на Александре Андреевне Протасовой (1795–1829; воспета в балладе «Светлана» В. А. Жуковского). (вернуться)

5. Арзамас – «Арзама́сское общество безвестных людей» или просто «Арзама́с» (14(26) октября 1815 – 7(19) апреля 1818) – закрытое дружеское общество и литературный кружок, объединявший сторонников нового «карамзинского» направления в литературе. «Арзамас» поставил себе задачей борьбу с архаическими литературными вкусами и традициями, защитники которых состояли в обществе «Беседы любителей русского слова», основанном А. С. Шишковым. Членами «Арзамаса» были как литераторы (среди прочих В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков, А. С. Пушкин), так и политические и общественные деятели: С. С. Уваров, Д. Н. Блудов, Д. В. Дашков и другие.
В противовес торжественной официальности собраний «Беседы» заседания «Арзамаса» имели характер весёлых дружеских встреч. Название «Арзамас» было взято из памфлета Блудова, а все члены «Арзамаса» наделялись шутливыми прозвищами, заимствованными из баллад Жуковского. Так, Жуковский стал Светланой, Вяземский – Асмодеем, Пушкин – Сверчком и т. п. Внутри кружка было множество различных традиций, пародирующих устои «Беседы» и Российской Академии, масонов и православную церковь. На заседаниях арзамасцы читали эпиграммы, шутливые протоколы и критически разбирали собственные сочинения. Символом общества стал гусь арзамасской породы, которого подавали к столу. (вернуться)

6. Колле́жский регистра́тор – низший гражданский чин 14-го класса в Табели о рангах в России XVIII – XIX веков, а также чиновник, обладавший таким чином; начальник почтовой станции.
Формой титульного обращения к коллежскому регистратору было выражение «Ваше Благородие». (вернуться)

7. Эрнст Те́одор Вильге́льм Го́фман (1776 – 1822) – немецкий писатель-романтик, композитор, художник и юрист. Получил известность благодаря сказкам, сочетающим мистику с реальностью и отражающим гротескные и трагические стороны человеческой натуры. Самые известные сказки Гофмана: «Щелкунчик и Мышиный король», «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер», «Золотой горшок», «Песочный Человек».
Как художник и мыслитель Гофман преемственно связан с йенскими романтиками, с их пониманием искусства как единственно возможного источника преобразования мира. Гофман развивает многие идеи Ф. Шлегеля и Новалиса, например учение об универсальности искусства, концепцию романтической иронии и синтеза искусств. Музыкант и композитор, художник-декоратор и мастер графического рисунка, писатель Гофман близок к практическому осуществлению идеи синтеза искусств.
Творчество Гофмана в развитии немецкого романтизма представляет собой этап более обостренного и трагического осмысления действительности, отказа от ряда иллюзий йенских романтиков, пересмотра соотношения между идеалом и действительностью. (См. биографию Гофмана на сайте "Литература для школьников") (вернуться)

8. Карл Павлович Брюлло́в (1799 – 1852) – русский художник, живописец, монументалист, акварелист, представитель академизма.
С 1822 по 1834 год как пенсионер Общества поощрения художников жил и работал в Италии, где написал картину «Последний день Помпеи» (1830–1833), удостоенную в Париже Гран-при. (вернуться)

 
 
 
 
Сайт "К уроку литературы"   Санкт-Петербург    © 2007-2017     Недорезова М. Г.
Яндекс.Метрика
Используются технологии uCoz