Русская народная песня. Уроки литературы в 8 классе
Главная
Путеводитель по сайту. 8 класс. Страницы указаны в соответствии с программой В.Я.Коровиной
Жанры фольклора
Колядки
Древнеславянский календарь
Рождество в живописи
Фольклор. Народная драма
Петрушка. Худ. Л.И. Соломаткин, 1878
Народные пляски. Лубок, 1876 г.
Народная историческая песня
Народная песня "Ермак готовится к походу на Сибирь"
Суриков В.А. Покорение Сибири Ермаком

УСТНОЕ НАРОДНОЕ ТВОРЧЕСТВО В МИРЕ РУССКОЙ НАРОДНОЙ ПЕСНИ

Уроки литературы в 8 классе[1]
Уроки 4-5

Предполагается вариативность изучения отдельных тем, персоналий и произведений,
исходя из конкретной ситуации в школе и регионе: количество часов в учебном плане — 68 или 102.

Ветры мои, ветры, вы, буйные ветры,
Не можете ли, ветры, горы раскачати?
Гусли мои, гусли, звончатые гусли,
Не можете ли вы, гусли, вдову взвеселити?


Цели уроков:
— знакомство учащихся с понятиями фольклорная лирическая песня, обрядовая поэзия;
— раскрытие перед восьмиклассниками специфики и художественных особенностей русского фольклора;
— закрепление знаний учащихся об этнографических и художественных отличиях русского фольклора;
— продолжение формирования навыка осмысленного выразительного чтения;
— воспитание любви к культурному наследию русского народа, его устному народному творчеству.

Форма уроков:
синтетические уроки с элементами интеграции знаний по истории, культурологии, этнографии и литературе, а также со словом учителя, с беседой о прочитанном и услышанном, работой по группам.

СОДЕРЖАНИЕ УРОКОВ

I. Слово учителя (выборочно под запись).

История становления и развития устного народного творчества уходит своими корнями в глубокое прошлое человечества. На самых ранних этапах его развития, более тысячи лет назад, наши предки не только воевали, пахали и строили, но также пытливо вглядывались в окружающий мир, пытались понять его, научиться жить в ладу с собой и природой.

А еще они любовались красотой этого мира, удивляясь его тайнам, отражая свои впечатления в легендах, сказках, песнях, загадках, пословицах и поговорках, считалках и заговорах... Так формировалась древнеславянская художественная культура.

Письменности в то время еще не было. Она возникла значительно позже, а когда появилась, навыками письма сперва овладели немногие. Да и материал, на котором приходилось писать, стоил очень дорого. Пергамен (особым образом выделанная телячья кожа) был очень ценен, и им владели, его хранили только обеспеченные люди. Правда, через некоторое время появился материал для письма попроще, доступный всем, — береста. Но долог ли срок хранения берестяной грамотки? Вспыхнул огонь — и нет ее.

Не случайно простой народ столетиями учился обходиться без письма — создавал фольклор.

Слово фольклор пришло в русский язык из английского в XIX веке, и означает оно в дословном переводе «народная мудрость» (folk — народ, lore — мудрость, знание). Однако в русском языке словом фольклор стали обозначать не только всю народную культуру, народное творчество, но и часть народной культуры, ее словесные формы — устное народное творчество, народную словесность.

Устное народное творчество (фольклор) — это множество произведений, созданных народом в древние времена и в недавнем прошлом, передающихся из уст в уста, из поколения в поколение, это искусство звучащего слова. К нему относятся сказки и былины, легенды и предания, песни и обрядовая поэзия, пословицы и поговорки, загадки и другие жанры. См. страницу "Жанры фольклора".

Несмотря на то что произведения фольклора отличаются необычайным разнообразием форм, сюжетов, тем, всем им присущи общие черты:
устность существования (передача из поколения в поколение в устной форме);
традиционность изобразительно-выразительных средств языка (необходимость запоминать большой и разнообразный материал привела к появлению так называемых «словесных формул» — зачинов, концовок, присказок, рефренов, постоянных эпитетов и т. п.);
многовариантность, изменчивость текста (один и тот же сюжет может пересказываться по-своему разными сказителями; в одной и той же песне может быть разное количество куплетов, может отличаться припев, могут заменяться некоторые слова или имена и т. п.);
коллективность создания и распространения текста (невозможно назвать одного определенного автора произведения; каждый пересказывает услышанное на свой лад, а любой слушатель легко может стать рассказчиком; в разных местностях песни изменялись или дополнялись исходя из местных реалий — особенностей быта, обычаев, верований).

Кроме того, произведения устного народного творчества предназначались для определенных слушателей: они создавались народом и для народа.

Именно поэтому в большинстве произведений фольклора, например, прославляется трудолюбие и осуждается лень (разве мог человек из народа позволить себе ничего не делать?). Совокупность нравственных принципов, которые воспеваются в произведениях фольклора, получила название общенародного идеала. Он является общим для всех произведений устного народного творчества.

Необходимо вспомнить, что все произведения устного народного творчества предполагали непосредственный контакт исполнителя (творца) и слушателя, возможность включения элементов театрального действа, пения, музицирования. Все это способствовало формированию особой поэтики, где много значат ритм, рифма, выразительность живой разговорной речи.

Фольклор пережил века. Менялось русское государственное устройство, приходили и уходили правители, а бесхитростные на первый взгляд произведения продолжали рассказывать, петь, заучивать наизусть. Это не случайно, ибо фольклор — духовная история народа, его нравственная и эстетическая традиция, жизненный уклад. В произведениях устного народного творчества нашли отражение самые сокровенные мысли и чаяния простых людей, их понимание мира, их верования, представления о жизни, труде, о месте человека на Земле. Вот почему можно утверждать, что фольклор — важнейшая часть национальной художественной культуры, позволяющая воссоздать образ жизни и мировоззрение народа-создателя.

II. Работа по группам.

МАТЕРИАЛ ДЛЯ УЧИТЕЛЯ

Класс делится на 3—6 групп, каждой из которых выдается карточка с заданиями: группы формируются по принципу однородности, т. е. примерно одного уровня развития, общей и читательской подготовки, а также знания русского языка.

Другой вариант — карточки вытягивают (как билеты на экзамене) командиры групп, избранные учащимися, — когда класс примерно одного уровня подготовки. В карточках звездочками* отмечены задания повышенной трудности.
При этом каждому члену группы при подведении итогов выдается определенное количество фишек (карточек, бонусов) разной «стоимости» за работу в группе, которые можно «активировать» как на данном уроке, так и по накопительной системе — через несколько уроков.

После подготовительной работы (15—20 мин) группы отчитываются и весь класс обсуждает выполненные задания.

КАРТОЧКА 1 и КАРТОЧКА 2
Облегченный вариант анализа фрагмента текста, задания на повторение и закрепление ранее изученного в 5—7 классах.

КАРТОЧКА 3 и КАРТОЧКА 4
Усложнение анализа художественного текста осуществляется за счет: 1 — увеличения объема анализируемого материала; 2 — вопросов и заданий творческого или эвристического характера.

КАРТОЧКА 5 и КАРТОЧКА 6
Самостоятельный анализ текста и ответы на проблемные вопросы.

КАРТОЧКА 1

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение»[2]. Подготовьте его выразительное чтение вслух.

«Фольклор — устное творчество народа... В первобытном синкретическом искусстве были объединены танец и музыка, пение и мимика. Важнейшим материалом этого искусства явилась мифология, отражавшая в причудливой форме взгляды человека на природу, на общество, на самого себя. Из синкретического[3] искусства постепенно стало выделяться собственно словесное. Оно предполагало уже достаточно богатый и развитый язык, посредством которого можно было выражать сложные мысли и чувства»[4].

2. Вспомните, что вы узнали о фольклоре на уроках литературы в 5—7 классах. Какие жанры устного народного творчества мы изучали в этих классах?

3. Как вы понимаете слово синкретизм? Дайте ему собственное толкование. Если не получается объяснение своими словами, найдите разъяснение данного термина в одном из предложенных словарей (должно быть предложено не менее двух словарей, в одном из которых данного термина нет, — закрепление умения работать со словарями и словарными статьями).

4. Автор данной книги считает, что «важнейшим материалом этого искусства (фольклора. — Н. К.) явилась мифология». Согласны ли вы с ним? Аргументируйте свой ответ.

*5. Можно ли согласиться с С. С. Наровчатовым в том, что в мифологии отразились «в причудливой форме взгляды человека на природу, на общество, на самого себя»? Какова ваша точка зрения?

*6. Почему, по вашему мнению, поэт Сергей Сергеевич Наровчатов в книге по литературоведению вспоминает фольклор? Обоснуйте свой ответ.

Мифология (от греч. mythos — повествование, сказание) — это своеобразное отражение действительности в сознании людей, сочетающее в себе реальные вещи, явления природы и события с фантастическими образами, выдумкой и домыслами тех, кто создает миф.

КАРТОЧКА 2

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение». Подготовьте его выразительное чтение вслух.

«Фольклор разных народов развивался в сходных формах песни, сказки, эпического сказания. Но эти формы каждый раз варьировались в зависимости от содержания. А содержание, в свою очередь, определялось географическими, бытовыми, общественными, историческими условиями жизни того или иного народа. Альба — песня утренней зари — могла возникнуть лишь под теплым небом Прованса[5], где любовники, не боясь простуды, могли вволю изливать свои восторги после тайных ночных свиданий. Якуту или эвенку[6] в подобных обстоятельствах заморозила бы дыхание пятидесятиградусная стужа. И лирические песни северян носили другой характер и укладывались в иные формы. Реальный смысл свадебного обряда у русских и турок был одинаков — закрепление замужества и женитьбы. Но быт этих народов настолько разнился, что их свадебные обряды, как и песни, сопровождавшие их, мало напоминали друг друга»[7].

2. Расскажите, какие мысли и воспоминания вызвал у вас данный фрагмент из книги поэта Сергея Сергеевича Наровчатова. Какие жанры русского фольклора вы знаете? Приведите примеры.

Расскажите о жанрах фольклора своего народа, или этноса[8]. Если это возможно, переведите на русский язык в качестве примера названия фольклорных песен или обрядов своего народа.

3. Чем определяется содержание фольклорных жанров? Что об этом говорит С. С. Наровчатов? Обоснуйте свой ответ.

4. Как вы полагаете, почему у разных народов в разные времена возник один и тот же жанр фольклора — лирическая песня? О чем обычно поется в лирической песне?

*5. Расскажите, где и когда исполнялись русские лирические песни.

ФОЛЬКЛОР

ЭПОС:
СКАЗОЧНЫЙ :

Волшебные сказки
Сказки о животных
Социально-бытовые (новеллистические) сказки

НЕСКАЗОЧНЫЙ:
Былины
Предания
Легенды
Бывальщины
Былички

ЛИРИКА и ДРАМА:
ОБРЯДОВАЯ ПОЭЗИЯ

ЛИРИКА:
МАЛЫЕ ФОЛЬКЛОРНЫЕ ФОРМЫ (ЖАНРЫ):
Поэзия пестования (колыбельные, пестушки, потешки, прибаутки и др.)
Бытовой фольклор (песни, заклички, приговорки, дразнилки, страшилки и др.)
ПЕСНИ:
Лирическая песня

ДРАМА:
ИГРЫ
НАРОДНАЯ ДРАМА
КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР

ЭПОС и ЛИРИКА:
Историческая песня

КАРТОЧКА 3

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение». Подготовьте его подробный пересказ.

«Фольклор — коллективное, но не безличное творчество. Если песню сочинял даже не один, а одновременно два, три, пять человек, то и тогда это были вполне определенные люди с именами и прозвищами. А чаще всего песня, сказка, плач носят отпечаток сильной и яркой индивидуальности одного вполне конкретного человека, сложившего их первоначально. Коллективность фольклора надо видеть в другом.

Произведения народного творчества, переходя из уст в уста, получали долгую жизнь в силу определенных условий. Удерживались в памяти лишь наиболее яркие и характерные образы, сюжеты, истории, а случайные и бледные импровизации забывались. Этот бессознательный отбор сопровождался сознательным исправлением и дополнением запомнившихся произведений. Они приноравливались к вкусам и потребностям уже не десяти или пятидесяти человек, которые были их первослушателями, а к взглядам и морали всего племени, общества, народа. Ростовские, муромские, черниговские витязи становились святорусскими богатырями, и соответственно вырастало их значение. Сказка об Иванушке-дурачке, представлявшая вначале серию комических чудесных эпизодов, в конце концов осмыслилась народом как торжество бедного над богатым, слабого над сильным, духовной силы над грубой.

В окончательном виде произведения фольклора приобретали весьма прочную устойчивость. „Из песни слова не выкинешь“ — так характеризовал народ эту устойчивость.

Особенно это касалось стихотворных произведений: ритм, мотив, мелодия держали слово в песне и былине»[9].

2. Расскажите, как понимал поэт Сергей Сергеевич Наровчатов коллективность фольклорного творчества. Согласны ли вы с ним? Обоснуйте свой ответ.

3. Почему некоторые произведения устного народного творчества с течением времени утратились или видоизменились? Приведите свои примеры.

4. Приведите примеры народных песен, которые поются и сегодня. Объясните, почему, на ваш взгляд, они сохранились в памяти народной.

*5. Исполните одно фольклорное произведение вашего народа — пропойте или произнесите речитативом от начала и до конца. Когда вы его впервые услышали? Почему вам запомнилось это произведение? Что в нем для вас является главным — содержание или форма, ритм и мелодия?

КАРТОЧКА 4

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение». Подготовьте его свободный пересказ.

«...Разговор о фольклоре мы начнем как раз с обрядовой поэзии, ибо в ней запечатлелись самые древние черты народного творчества, восходящие к языческой старине.

Что представляли собой эти обряды? ...Языческие праздники лета и зимы, весны и осени были тесно связаны с крестьянским трудом. Еще в зимние морозы, в лютую стужу и метель крестьянин думал о будущем урожае. Повсеместно был распространен новогодний обычай осыпать другдруга зерном, овсом и хмелем. При этом приговаривали: „Чтобы рожь родилась, сама в гумно свалилась“. Многие зимние игры и гадания вызывались заботой об изобилии хлеба, живности, лесных даров.

Существовала общая примета: если под Новый год небо будет звездное, летом случится большой урожай ягод и грибов. В старой Пензенской губернии гадание носило характер торжественного действа и приближалось к обряду. Двенадцать стариков, по числу месяцев в году, избранные обществом за примерную жизнь, шли к церковной паперти и ставили на ней снопы ржи, пшеницы, овса, гречи, проса, льна и меры картофеля. Наутро Нового года те же двенадцать стариков снова приходили в церковную ограду и отмечали: на каком из снопов больше инея, тот злак и будет урожайным в наступившем году.

Здесь любопытно слияние двух мотивов: языческого (двенадцать месяцев, олицетворенных в двенадцати стариках, сам процесс гадания) и христианского (церковная паперть, к которой шли гадать). Такое слияние очень характерно для русского обряда. Древние верования приспосабливались к церковным.

И соответственно древние обряды и сопровождавшие их песни стали группироваться вокруг новых, христианских праздников, слившихся с прежними, языческими. Календарная обрядовая поэзия была связана с такими праздниками православного календаря: Рождества Христова (25 декабря), Васильева дня (Новогодний день), Крещения (6 января), Масленицы, Пасхи, Фоминой недели, Троицы, а также дней Георгия Победоносца (23 апреля), Николы-Чудотворца (9 мая), Иоанна Крестителя (24 июня), Ильи-Пророка (20 июля), Покрова Богородицы (1 октября), Косьмы и Дамиана (1 ноября)[10]. (Все даты здесь даны по старому стилю.)

В ночь под Рождество дети и подростки, парни и девушки шли колядовать...

Святки считались в крестьянском быту самым большим, шумным и веселым праздником. Длились они целый месяц — с Николина дня (6 декабря) до Крещенья (6 января по старому стилю). Хлеб обмолочен, все осенние работы покончены, можно отдохнуть и повеселиться. Больше всех веселилась, разумеется, молодежь. Песни, игры, гаданья, ряженье составляли ее времяпрепровождение. Из крестьянского обихода Святки переходили в усадебный и городской быт и были подлинно общенародным русским празднеством»[11].

2. Расскажите, как возникла обрядовая поэзия и какое мировосприятие она отражала.

3. Можно ли на основании текста С. С. Наровчатова понять, как сочетались на Руси языческие и православные празднества? Почему? Обоснуйте свой ответ. Приведите примеры обрядовой поэзии из жизни своего народа (в классах полиэтнического состава).

4. Как вы думаете, почему практически все обряды сопровождались песнями? Приведите примеры.

*5. Расскажите об одном из обрядов, сопровождающих празднование любого из перечисленных Сергеем Наровчатовым знаковых дней церковного календаря. Какие песни поются во время этого обряда?

КАРТОЧКА 5

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение». Подготовьте выразительное чтение вслух той его части, которую считаете главной — передающей основную мысль фрагмента.

«Весенние праздники начинались с Благовещения, длились Пасху и первую после нее неделю, называвшуюся Фоминой. Воскресенье Фоминой недели звалось Красной горкой, понедельник — Радуницей, вторник — Новым днем.

Наименования, как нетрудно заметить, языческие. Эти праздники сопровождались многими обрядами, суть которых сводилась к „заклятию весны“ — ускорению и закреплению ее прихода. Еще 9 марта (по старому стилю), когда на полях лежал снег, пекли из теста фигурки жаворонков. Прилетят жаворонки, придет весна — таков древний ход мысли, который мы уже характеризовали в формуле — подобное вызывается подобным (здесь и далее выделено нами. — Н. К.). И 25 марта — в Благовещение — девушки выходили в поле с песней «Жаворонки, жаворонки, прилетите к нам, принесите весну красную».

И на Красную горку, и в Радуницу, и во всю Фомину неделю парни и девушки водили хороводы. Танец и песня сливались в них воедино. Знаменитая песня «А мы просо сеяли, сеяли...», которую до сих пор исполняют наши самодеятельные и государственные ансамбли, не распевалась, а представлялась: девушки играли одну роль, а парни другую, это было своеобразное действо.

— А мы просо сеяли, сеяли, —
Ой, дид-ладо, сеяли, сеяли!
— А мы просо вытопчем, вытопчем!
Ой, дид-ладо, вытопчем, вытопчем!

Песня, сохранившаяся в народе с незапамятных времен («дид-ладо» — языческое воспоминание), отличается богатой фантазией и поэтичностью сюжета. Обычно цитируются из нее лишь первые строки, мы приведем ее следующие строки, до конца, опустив припев.

— А чем же вам вытоптать, вытоптать?
— А мы коней выпустим, выпустим.
— А мы коней переймем, переймем.
— А чем же вам перенять, перенять?
— А шелковым поводом, поводом,
— И мы коней выкупим, выкупим.
— А чем же вам выкупить, выкупить?
— А мы дадим сто рублей, сто рублей.
— Нам не надо тысячи, тысячи.
— А что же вам надобно, надобно?
— Нам-то надо девицу, девицу.
— А нашего полку убыло, убыло.
— А нашего полку прибыло, прибыло.

Как и во многих весенних песнях, здесь звучит мотив выбора невесты»[12].

2. О каком свойстве фольклора говорит поэт С. С. Наровчатов?
(О синкретизме.)

3. Прочитайте выразительно песню «А мы просо сеяли, сеяли...» (или инсценируйте ее). Как вы думаете, почему эта песня сохранилась на протяжении многих веков? Найдите аналог этой песни в русском фольклоре, инсценируйте его.
(«Бояре, а мы к вам пришли, молодые, а мы к вам пришли...»)

4. Как вы понимаете формулу «подобное вызывается подобным»? Приведите примеры из фольклора разных народов.

*5. Объясните, к какому обряду можно отнести известную песню «Во поле березонька стояла».
(Обряды так называемого семика — седьмой недели после Пасхи, называемой в народе русальной: летняя пора — подготовка к жатве; в начале недели завивали березу; русальная неделя заканчивалась христианским праздником Троицы, на который березу развивали, а девушки в этот день гадали «на жениха». По языческим поверьям, в березах жили души предков, переселившиеся в деревья после смерти, эти души и открывали девушкам их будущее.)

«Песни, распевавшиеся в семик и Троицу, были очень популярны. Их пели не только в эти дни, а — без всяких сопровождающих обрядов — на зимних посиделках и в летнем поле, всюду и везде. Вмешался этот мотив даже в знаменитую бурлацкую песню, где и остался навсегда, хотя и без видимой связи с остальным текстом:
Разовьем мы березу, разовьем мы кудряву,
Ай-да да ай-да...

Календарная обрядовая поэзия очень полно отразила трудовую жизнь русской деревни. Но отражение это было праздничным и ярким, крестьянин любил свой труд и уважал плоды его, доставшиеся нелегко. Все работы были связаны с землей, а земля не могла плодоносить без солнца и дождя, без туч, ветров. И в песнях, хороводах, обрядах звенела серебряным дождем, сияла ласковым солнышком, гремела живительным громом, веяла влажными ветрами вся русская природа. Забылись и Перун, и Стрибог, олицетворявшие когда-то ее силы, но по-прежнему жила вера в могущество стихий, управлявших урожаями и недородами. И крестьянин, как прежде, одушевлял стихии и разговаривал с ними на языке песни и обряда, чтобы привлечь их к себе в союзники»[13].

КАРТОЧКА 6

1. Прочитайте фрагмент текста главы «Фольклор» из книги поэта Сергея Наровчатова «Необычное литературоведение». Подготовьте его выразительное чтение вслух.

«Русская песня — явление удивительное и необъяснимое. Подчеркиваю последнее слово, ибо ни в одно из объяснений, сколько бы их ни было, песню уложить нельзя. Как ни членить ее по разделам, выделяя те или иные отличительные признаки, как ни объединять ее в характерные группы по сходству бытовых или социальных мотивов, все равно нельзя охватить ее многообразия, всех ее бесконечных оттенков и переливов.

В бытовой песне вспыхнут вдруг искры того пожара, что освещал мятежную вольницу Разина и Пугачева.

В мятежной и бунтующей песне вдруг зазвучат ноты тихой радости и щемящей печали.

В песне высказалась вся щедрая душа русского народа со всеми ее грозными и прекрасными крайностями. Широкая и размашистая, она вобрала в себя все лучшие черты народного характера — великодушие и вольнолюбие, дерзостную отвагу, победоносное терпение. Вместе с тем передала она и самые тонкие из тонких чувств привязанности и нежности, влюбленной робости и сердечного трепета. Иные переливы этих чувств были бы попросту неизъяснимы, если б не существовала песня.

Верной подругой и честной спутницей была она русскому человеку на тысячелетнем пути его исторического существования. В черной избе при свете лучины выпевала она жалобы бедной женщины на горькую свою долю. А на речном откосе в Жигулях, вглядываясь в пламень разбойничьего костра, запевал ее сын страшную и гордую песню:

Не шуми, мати зеленая дубровушка,
Не мешай мне, добру молодцу, думу думати!..

Нет никакой возможности перебрать все песенное богатство России. Нам бы пришлось отдельно говорить о колыбельных и отроческих, о девичьих и семейных, о сиротских и вдовьих, о бурлацких и тюремных, о разбойничьих и солдатских песнях. Такой рассказ потребовал бы отдельной книги. Мы скажем лишь, что песня прошла об руку с народом сквозь всю его историю, и, когда Россия перепоясалась рельсами и задымила фабричными трубами, в первый ряд выдвинулись песни рабочие и революционные. С ними шли наши отцы и деды на баррикады Красной Пресни, с ними штурмовали Зимний, боролись и побеждали в Гражданской войне. Прямая их преемница — советская песня»[14].

2. Как вы считаете, прав ли был поэт Сергей Сергеевич Наровчатов, утверждая, что «русская песня — явление удивительное и необъяснимое»? Аргументируйте свой ответ.

3. Какова основная мысль данного фрагмента текста? В каких предложениях она выражена?
(Основная мысль: в песне русский человек выражал свои мысли и чувства, воспоминания и переживания, хранил память предков и мечтал о будущем, заклинал древних богов и силы природы, воодушевлял себя и других на борьбу: «Верной подругой и честной спутницей была она русскому человеку на тысячелетнем пути его исторического существования».)

4. Почему, на ваш взгляд, С. С. Наровчатов вспоминает революцию и Гражданскую войну? Создавались ли в эти грозные годы новые народные песни? Почему? Обоснуйте свой ответ.

*5. Какие жанровые разновидности народной песни выделяет С. С. Наровчатов? Можно ли их каким-либо образом сгруппировать? Нарисуйте схему или таблицу «Жанровые разновидности народной песни».

*6. В каком художественном произведении звучит русская народная песня «Не шуми, мати зеленая дубровушка»?
(В «Капитанской дочке» А. С. Пушкина.)

III. Работа с аудиозаписью.

Учитель может использовать на уроке аудиозапись любой народной песни, но желательно — «Уж ты, ночка, ты, ноченька темная...» и «Вдоль по улице метелица метет...», тексты которых даны в учебнике для 8 класса (с. 9—10).

— Узнали ли вы эти песни? Где и когда вы их слушали раньше?

— Как вы думаете, к какой жанровой разновидности их можно отнести? Почему?

— О чем рассказывается в песне «Уж ты, ночка, ты, ноченька темная...»?
(Песня о несчастной любви — поет покинутая девушка-сирота.)

— Как вы считаете, это сиротская песня или песняо любви? Каким общим понятием можно объединить эти песни?
(Лирическая песня.)

— Отличается ли сюжет песни «Вдоль по улице метелица метет...» от сюжета предыдущего произведения? Чем именно?
(Лирическая песня о счастливой любви: «мой миленький идет», «красавица моя», «радость».)

IV. Домашнее задание.

Для всего класса:

— подготовить пересказ статьи учебника «Русские народные песни» (с. 6—8).

Индивидуальные задания:
— подготовить сообщение о русской народной песне (вариант — по книге С. С. Наровчатова «Необычное литературоведение», с. 85—115). См. фрагмент книги ниже;
— подготовить сообщения об исторической песне (см. страницу "Народная историческая песня");
— инсценировать 1—2 обрядовые песни (можно дать задание по тем же группам, что и в классе);
— подготовить вокальное выступление (по желанию);
— проиллюстрировать любимую русскую народную песню (по желанию).

Следующий урок: Историческая песня русского народа >>>

Источник: Кутейникова Н.Е. Уроки литературы в 8 классе. – М.: Просвещение, 2009.


1. Источник: Кутейникова Н. Е. Уроки литературы в 8 классе : пособие для учителей общеобразоват. учреждений / Н. Е. Кутейникова. — М. : Просвещение, 2009. — 400 с.
Пособие разработано к программе по литературе для 8 класса под редакцией В. Я. Коровиной1, полностью соответствующей федеральному компоненту Государственного образовательного стандарта и Федеральному базисному учебному плану.
Пособие предполагает вариативность изучения отдельных тем, персоналий и произведений, исходя из конкретной ситуации в школе и регионе: количество часов в учебном плане — 68 или 102.
Материал каждого урока однозначно не может быть вмещен в 40—45 минут учебного времени, он дан в пособии в качестве примерного минимума или максимума для изучения по данной теме.
Главная особенность предложенных поурочных разработок для 8 класса — включение в них уроков внеклассного чтения по подростковой литературе, в том числе и современной. (вернуться)

2. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — M.: Детская литература, 1981. (вернуться)

3. Синкрети́ческий — слитный, нерасчленённый в своём исходном, первоначальном состоянии.
Синкрети́зм (лат. syncretismus — соединение обществ) — сочетание или слияние «несопоставимых» образов мышления и взглядов, образующее условное единство. Чаще всего термин синкретизм применяется к области искусства, к фактам исторического развития музыки, танца, драмы и поэзии. (вернуться)

4. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — M.: Детская литература, 1981. — С. 85. (вернуться)

5. Прованс — один из регионов Южной Франции. (вернуться)

6. Якуты, эвенки — народы, населяющие Север Российской Федерации, живущие в основном в Восточной Сибири. (вернуться)

7. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 86. (вернуться)

8. Этнос (от др.-греч. θνος — народ, племя) — этническая общность, или народ; исторически возникшая устойчивая человеческая группа, представленная племенем, народностью, нацией (Новейший словарь иностранных слов и выражений. — М.: АСТ; Минск: Харвест, 2002. — С. 967). (вернуться)

9. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 87. (вернуться)

10. В оригинале текста С. С. Наровчатова все праздники обозначены со строчной буквы — в соответствии с идеологией государства, отрицавшего религию. Нами восстановлено традиционное написание праздников с заглавной буквы, что соответствует и исторической правде, и христианской сущности данных названий. (вернуться)

11. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 88—89, 91. (вернуться)

12. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 94—95. (вернуться)

13. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 96—97. (вернуться)

14. Наровчатов С. С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 107—108. (вернуться)


Фрагмент книги: Наровчатов С. С. Необычное литературоведение
РУССКАЯ НАРОДНАЯ ПЕСНЯ


Русская песня — явление удивительное и необъяснимое. Подчеркиваю последнее слово, ибо ни в одно из объяснений, сколько бы их ни было, песню уложить нельзя. Как ни членить ее по разделам, выделяя те или иные отличительные признаки, как ни объединять ее в характерные группы по сходству бытовых или социальных мотивов, все равно нельзя охватить ее многообразия, всех ее бесконечных оттенков и переливов.

В бытовой песне вспыхнут вдруг искры того пожара, что освещал мятежную вольницу Разина и Пугачева. В мятежной и бунтовщической песне вдруг зазвучат ноты тихой радости и щемящей печали.

В песне высказалась вся щедрая душа русского народа со всеми ее грозными и прекрасными крайностями. Широкая и размашистая, она вобрала в себя все лучшие черты народного характера — великодушие и вольнолюбие, дерзостную отвагу, победоносное терпение. Вместе с тем передала она и самые тонкие из тонких чувств привязанности и нежности, влюбленной робости и сердечного трепета. Иные переливы этих чувств были бы попросту неизъяснимы, если б не существовала песня.

Верной подругой и честной спутницей была она русскому человеку на тысячелетнем пути его исторического существования. В черной избе при свете лучины выпевала она жалобы бедной женщины на горькую свою долю. А на речном откосе в Жигулях, вглядываясь в пламень разбойничьего костра, запевал ее сын страшную и гордую песню:

Не шуми, мати зеленая дубравушка,
Не мешай мне, добру молодцу, думу думати!
Что заутра мне, добру молодцу, в допрос идти,
Перед грозного судью — самого царя.
Еще станет государь-царь меня спрашивать:
«Ты скажи, скажи, детинушка, крестьянский сын.
Уж как с кем ты воровал, с кем разбой держал,
Еще много ли с тобой было товарищей?»
«Я скажу тебе, надежа православный царь,
Всёе правду скажу тебе, всю истинну,
Что товарищей у меня было четверо:
Еще первый мой товарищ — темная ночь;
А второй мой товарищ — булатный нож;
А как третий-от товарищ — то мой добрый конь;
А четвертый мой товарищ — то тугой лук,
Что рассыльщики мои-то — калены стрелы»,
Что возговорит надежа православный царь:
«Исполать тебе, детинушка, крестьянский сын,
Что умел ты воровать, умел ответ держать!
Я за то тебя, детинушка, пожалую
Середи поля хоромами высокими —
Что двумя ли столбами с перекладиной».

Поразительная песня! Пушкин ввел ее в «Капитанскую дочку», а у Лермонтова слышится ее отзвук в «Песне про купца Калашникова», когда грозный царь сказывает свой приговор победителю своего любимого опричника.

Занималось утро над Жигулями, всходило солнце, и встречь ему, снизу, с подножия утеса поднималась бурлацкая песня:

И-эх-ма, братцы, дюже жарко,
Никому-то нас не жалко!
О-ой, дубинушка,
У-ухнем!

А братцы-разбойнички наверху перемигивались: «Пожалеем бурлаков?!» И вот уже с гиком и криком грабят они купеческий караван, дуванят богатые товары, в шею гонят приказчиков, а бурлакам на выбор: либо идти на все четыре стороны, либо айда с нами.

Пополнившаяся ватага, сев на быстрые струги, летит вниз по реке, и новая песня реет над вольными берегами:

Буйну голову срубили с губернатора,
Они бросили головку в Волгу-матушку,
Сами молодцы ему тут насмехалися:
«Ты добре ведь, губернатор, к нам строгонек был,
Ты ведь бил нас, ты губил нас, в ссылку ссылывал,
На воротах жен, детей наших расстреливал».

Не на одних купцов поднялась ватага, и атаман ее, запустив пятерню в кудлатую голову, примеривается, слушая удалую песню, к внезапному приступу на Царицын и Астрахань. А далеко отсюда, в глухом селе, старая его мать, сидя за прялкой, поет полную тревожных предчувствий песню:

Стояла тут дубровушка зеленая,
Среди ее стоял золотой курган,
На кургане раскладен был огничек,
Возле огничка постлан войлочек,
На войлочке лежит ли добрый молодец,
Припекает свои ранушки боéвые,
Боéвые ранушки кровавые.

В противоречивый и взаимоборствующий, но в один организм соединяла песня смиренных матерей и мятежных сыновей, обнажала все противоположности русской жизни, все несовместимые крайности национального характера. В песнях плакала и смеялась, любила и негодовала, горевала и величалась вся наша тысячелетняя Русь, И взаимоисключающие чувства и страсти были лишь разными выражениями, сменявшимися на прекрасном ее лице.

Нет никакой возможности перебрать все песенное богатство России. Нам бы пришлось отдельно говорить о колыбельных и отроческих, о девичьих и семейных, о сиротских и вдовьих, о бурлацких и тюремных, о разбойничьих и солдатских песнях. Такой рассказ потребовал бы отдельной книги. Мы скажем лишь, что песня прошла об руку с народом сквозь всю его историю, и, когда Россия перепоясалась рельсами и задымила фабричными трубами, в первый ряд выдвинулись песни рабочие и революционные. С ними шли наши отцы и деды на баррикады Красной Пресни, с ними они штурмовали Зимний, боролись и побеждали в гражданской войне. Прямая их преемница — советская песня.

А сейчас мы коснемся одного важного вопроса — как строится песня, какие ее главные приметы и особенности.

В народной песне текст рождается вместе с напевом и сливается с ним воедино. В наше время песня, по определению «Поэтического словаря» В. Квятковского, — это «небольшое лирическое стихотворение, предназначенное для пения». Разница, как видите, наглядная и ощутимая.

Можно проследить основные пути возникновения народной песни. Если читатель пролистает предыдущие страницы, он эти пути разглядит без усилия. Танец Атыка и русский календарный обряд еще объединяли в себе основные элементы синкретического искусства — пляску и слово, музыку и жест. Из обряда раньше всего выделилась хоровая песня — она легко могла существовать без танца, а игровые характерности продолжала сохранять. Но если календарный обряд был по преимуществу коллективным, то в бытовом обряде — свадебном или похоронном — при сохранении коллективности резко выдвигалось на передний план индивидуальное начало. Косили сено, сеяли просо, жали рожь — сообща, невесту выдавали замуж всей семьей, и участвовало в свадебных торжествах все село, но первая роль принадлежала все-таки невесте. Так же и на похоронах — горевали по покойнику родные и односельчане, но печального первенства матери или жены никто оспорить не мог. И песня, по-прежнему входя в обряд и применяясь к его установлениям, приобретала уже вполне самостоятельный характер.

И еще одно важное различие способствовало индивидуализации песенных мотивов и сюжетов. Сеяли просо или жали рожь из года в год одним и тем же образом. Обряд и песня, сопровождавшая его, не менялись до тех пор, пока в село не пришли сеялки и комбайны, в корне изменив условия крестьянского труда. Но вели под венец сегодня Машу, а завтра Дашу, хоронили нынче Петра, а на другой день Ивана. Причем Машу выдавали за хорошего парня и шла она за него по любви, а Дашу насильно уводили к богатому старику в далекую деревню; Петра задавило бревном на порубке леса, был он хороший работник и семьянин, а Иван был беспутный пьяница и замерз по тому же делу где-то на задворках, оставив после себя кучу голодных детей. Во всех этих разных случаях песня в пределах обрядных установлений должна была находить отдельные краски для изображения событий. Чрезвычайное многообразие свадебных и похоронных песен-причетов объясняется особенностью людских судеб, ставших средоточием общественного внимания. Вековая же повторяемость календарных обрядовых песен — в тысячелетней повторности смен времен года и крестьянских работ, связанных с ними.

Лирическая народная песня выделилась из бытового обряда, индивидуализируя и одновременно обобщая переживания. Из календарных обрядов выделились в первую очередь те песни, которые могли исполняться вне обряда. «Коляду» трудно отделить от колядования, а «Во поле березонька стояла» можно было петь и не завивая венки в июньской роще. Из обрядовых песен перешли в разряд лирических главным образом те, что рисовали русскому человеку милые его сердцу картины природы, говорили о красивой весне и белой березоньке.

Другой путь рождения народной песни — непосредственно из трудового процесса.

Раз, два, взяли!

Эта классическая формула грузчиков и крючников таила в себе семя песни, да, по сути, и была уже таким семенем. Как из него проклевывался росток и выбрасывался стебель, можно разглядеть на примере знаменитой бурлацкой песни «Эй, ухнем».

«Эй, ухнем» — то же «раз, два, взяли». Под этот возглас рывком снимали барку с мели, заворачивали ее против течения. Но между рыбаками существовали паузы — и для передышки, и для подготовки к новому усилию. Паузы должны были быть активными, люди внутренне собирались перед новым рывком, выходить из рабочего ритма нельзя. И пауза заполнялась песней. Ее затягивал запевала, после его короткого присловия снова раздавался дружный припев:

Эх, тяни, тяни до поту,
Грош набавят за работу,
Ой, дубинушка, ухнем…
Ух-нем!

Исподволь разрозненные присловия запевалы стягивались в единый текст песни с довольно четким сюжетом и стройной композицией. Знаменитое шаляпинское «Эй, ухнем» — это уже завершающая стадия образования такой песни.

Здесь мы сталкиваемся с одним любопытным явлением. Вы могли заметить на разобранном примере, что в начале начал не песня предшествует припеву, а припев песне. Приученные к последовательности исполнения, мы переносим мысленно эту последовательность и на само образование песни. Дескать, сначала сочинялся текст, а уже к нему присочинялся припев. Но на деле все как раз наоборот: припев древнее песни.

Наконец, песня рождалась из прямой потребности человека высказать свои переживания и впечатления. Мальчишкой, на Колыме, я однажды ехал на собаках из одного поселка в другой. Каюр, везший меня, веселый медноскулый юкагир, едва мы пустились в путь, затянул песню. Пел он почти всю дорогу, прерывая песню лишь для того, чтобы прикрикнуть на собак или, обернувшись, спросить у меня, не замерз ли я у него за спиной. Когда мы уже подъезжали к месту назначения, я спросил, о чем все-таки была песня (пел он ее, конечно, по-юкагирски, а я этого языка не знал). «Да обо всем пел, — ответил, улыбаясь, каюр, — о том, что везу русского мальчика в хороший день в хорошее место; о том, какие хорошие собаки у меня, но не все хорошие, одна хитрая и ленивая, все время ослабляет ремень и только притворяется, что тянет упряжку; о том, как белка испугалась нас на встречном дереве; о том, чьи следы попадаются на снегу; о том, что дорога шла под гору, а теперь в гору…»

Такая песня-импровизация не имеет ни предания, ни закрепления. Она помогла моему каюру скоротать длинную дорогу, выплеснула его впечатления и на том свое дело сделала. Но другие песни-импровизации, вызванные более сильными чувствами и переживаниями, запоминались и повторялись не только сложившим их человеком, но и слышавшими его. Песня перерастала личность певца, сочинившего ее, и становилась всеобщим достоянием. Став как бы квинтэссенцией определенного настроения и переживания, такая песня сразу просится на уста человеку, волнуемому сходными чувствами. Текст песни вначале неустойчив, его дополняют и изменяют по произволу перенявшие ее, но постепенно из множества вариантов выделяются самые удачные, а из самых удачных наиболее удачный. Песня приобретает завершенный вид и форму, она уже не имеет личного авторства, ее автор — весь народ.

Вот что можно сказать, причем очень вкратце, о происхождении песни. Мы теперь хотим обратить внимание на некоторые черты ее композиции. Главная из них — психологический параллелизм. Корнями своими он связан с анимистическими представлениями — одухотворением природы, о чем мы уже говорили прежде. Сопоставление действий и переживаний человека с внешне схожими явлениями природы — такова основа психологического параллелизма. В приводившихся выше примерах мы найдем немало таких сопоставлений.

Тонет ли, не тонет ли венок?
Тужит ли, не тужит ли дружок?
Ах, мой веночек потонул,
Знать, меня мой милый обманул.

Чуть не в каждой народной песне можно найти сходные строки.

Ветры мои, ветры, вы буйные ветры,
Не можете ли, ветры, горы раскачати?
Гусли мои, гусли, звончатые гусли,
Не можете ли вы, гусли, вдову взвеселити?

*
Ах, пал туман на сине море,
Вселилася кручина в ретиво сердце.

*
Ой, не сырой бор загорается,
Не туман с моря подымается,
А Иван-сударь собирается,
А Васильевич в свою отчину.

Это самые простые и наглядные примеры, но вот более сложный.

Из-за лесу, лесу темного,
Из-за садику зеленого
Вылетало стадо лебединое,
А другое стадо гусиное.
Отставала лебедушка
Что от стада лебединого,
Приставала лебедушка
Что ко стаду, ко серым гусям.
Не умела лебедушка
По-гусиному кричати —
Ее стали гуси щипати.
«Не щиплите меня, гуси серые,
Не сама я к вам залетела,
Занесло меня погодою,
Что погодою осеннею».
Из-за лесу, лесу темного,
Из-за садику зеленого
Выходила толпа девушек,
А другая шла молодушек.
Отставала Марья-душа
От толпы от красных девушек,
Приставала Марья-душа
Ко толпы ли да молодушек,
Не умела Марья-душа
На головушке оправити.
Ее стали люди хаяти,
Уж как стала Марья плакати:
«Вы не хайте, люди добрые!
Не сама я к вам заехала,
Завезли меня кони добрые,
Завезли меня кони добрые,
Что Василья Афанасьевича».

Обе части песни строго параллельны одна другой. Причем параллельность эта и психологическая, и образная, и синтаксическая, и звуковая. Лебедушка, отставшая от стада лебединого и враждебно встречаемая гусями серыми, полностью предвосхищает судьбу бедной Марьи в ее горьком шествии на чужбине.

Отсюда легко уяснить происхождение символики, столь характерной для народной песни. Частые сопоставления человеческих действий и переживаний с явлениями внешнего мира выработали способность угадывать и узнавать в белой лебедушке девицу, а в сизом кречете молодца без всяких дальнейших объяснений. Отсеките у приведенной песни ее вторую часть, и вы получите символ в чистом его виде. Девичья судьба конденсируется, обобщается, символизируется в лебедушкиной участи.

Символы в народной песне устойчивы и постоянны. Это облегчало их восприятие, в противном случае могла бы возникнуть путаница в толковании случайных образов. Вот наиболее распространенные символы народной песни:

лебедушка, голубка — символ невесты,
кречет, сокол — жениха,
дуб — мужской крепости и силы,
береза — девушки и молодой женщины,
полынь — тоски и горя,
река — разлуки,
солнце — радости и счастья.

Отцветание деревьев, отсыхание трав, опадание листьев символизировали печаль, отчаяние, ушедшую молодость. Переправа через реку — женитьбу и замужество. Склоняющиеся друг к другу и переплетающиеся ветви символизировали любовь.

Психологический параллелизм и устойчивая символика — отличительные и характерные черты народной песни. Мы увидим потом, как они преобразовывались и усложнялись, став принадлежностью и достоянием литературы.
Источник: Наровчатов С.С. Необычное литературоведение. — М.: Детская литература, 1981. — С. 85—115. (вернуться к заданию)




 
Яндекс.Метрика
Используются технологии uCoz